Донбасс во все исторические периоды традиционно считался русскоговорящим регионом. Однако у «донбасского русского» существует множество своих особенностей, а отдельные слова и даже целые выражения понятны лишь коренным жителям. ЛИЦ решил выяснить, как формировался региональный диалект, какое влияние на него оказали рабочие профессии и чем пополняется речь населения в наши дни. Об этом в интервью агентству рассказала доцент кафедры русского языкознания и коммуникативных технологий Луганского государственного педагогического университета, кандидат филологических наук Виктория Дубинина.
РЕГИОЛЕКТ ДОНБАССА
— Виктория Александровна, на просторах интернета встречается такое понятие как «донбасский диалект». Существует ли он на самом деле? Что под ним подразумевается?
— Понятие «донбасский диалект» действительно существует, однако его статус в лингвистике требует важных уточнений. Давайте разберемся, что же это такое и как правильно называть эту языковую разновидность.
В лингвистике диалект — это исторически сложившаяся разновидность языка, которая характеризуется устойчивой системой фонетических, грамматических и лексических особенностей на определенной территории, например, севернорусское или южнорусское наречие. Речь жителей Донбасса таковой не является. Ученые предлагают использовать термин «региолект». Региолект – это промежуточное явление между литературным языком и традиционными диалектами. Он формируется в крупных городах и индустриальных центрах, объединяя людей разных профессий и происхождения.
ЖИВАЯ ИСТОРИЯ
— В чем заключаются языковые особенности нашего региона? В какие периоды истории они формировались?
— Процесс формирования уникальной языковой среды Донбасса можно разделить на несколько ключевых этапов. В XVII–XIX веках основой была украинская сельская речь. Во второй половине XIX века ситуация меняется. В регион массово прибывало русскоязычное население из центральных губерний России, что сделало русский язык языком городов и промышленности. В советский период окончательно закрепилось доминирование русского языка, на базе которого и сложился современный региолект с вкраплениями украинизмов.
После распада СССР Украина взяла курс на укрепление статуса украинского языка как единственного государственного. Русский язык постепенно вытеснялся из делопроизводства, образования и медиа. Это вызывало непонимание значительной части населения Донбасса — традиционно русскоязычного. Подобная политика способствовала росту региональной идентичности, одним из маркеров которой стал русский язык. После 2014 года наш региолект активно пополняется лексикой, отражающей военные реалии. К сожалению, обыденными стали для нас слова: «прилет» — попадание снаряда, «бахи» — звукоподражание разрыва снаряда, «будильник» — ранний утренний обстрел.
Мы можем констатировать: язык Донбасса — это живая история края, где каждый исторический слой оставил свой след в лексике и грамматике, а региональная идентичность его жителей прочно связана с русским языком и местными речевыми особенностями.
ТОРМОЗОК С СИНЕНЬКИМИ
— Какие слова можно услышать только в Донбассе?
— В Донбассе сформировался уникальный лексикон, многие слова которого действительно могут быть непонятны жителям других регионов. Некоторые слова стали его неофициальными символами. Рассмотрим несколько примеров. «Тремпель» — пожалуй, самое известное региональное слово, обозначающее вешалку, плечики для одежды. «Тормозок» — еда, которую берут с собой на работу, «синенькие» — баклажаны, «толчонка» – картофельное пюре, «мастерка» — спортивная куртка с застежкой-молнией, «кулек» — полиэтиленовый пакет, «буряк» — свекла, «ставок» — искусственный пруд и многие другие.
— Как повлияла на развитие «донбасского русского» профессиональная лексика, например, шахтеров или металлургов? Какие примеры таких слов можно привести?
— Влияние профессиональной лексики, особенно шахтерской, на «донбасский русский» сложно переоценить. Именно горняцкий труд стал тем самым фундаментом, на котором сформировался уникальный лексикон региона. Эти слова, родившиеся в забое, вышли за пределы шахт и стали понятны и привычны каждому жителю Донбасса, составив важную часть нашей языковой идентичности.
Одни из самых ярких примеров — слова, которые прочно вошли в повседневный обиход и даже изменили свое значение. Так, «тормозок», изначально обозначавший еду, которую шахтер брал с собой под землю, чтобы «притормозить» и перекусить, теперь означает любой «сухой паек» — будь то обед на работе или перекус в дороге. Слово «упряжка» перестало быть просто шахтерской сменой и стало обозначать любой длительный период работы без перерыва. А «порожняк», произошедший от порожней вагонетки, сегодня используется для обозначения пустого, бессмысленного дела или разговора.
Многие профессиональные термины превратились в бытовые метафоры и названия предметов. Знаменитая шахтерская «коногонка» — фонарь на каске — стала общим названием для любого налобного фонарика, хотя сама профессия коногона давно ушла в прошлое. А «жужалка», обозначающая мелкий некачественный уголь, стала словом для обозначения пыли или любых мелких отходов.
НЕ ГОНИМ ПОРОЖНЯК
— Существует много слов, свойственных именно нашему региону. А есть ли донбасские выражения или поговорки?
— Наверное, самое известное выражение, которое стало визитной карточкой региона, — «Донбасс порожняк не гонит». Возникло оно в шахтерской среде в середине XX века, буквально означает, что железнодорожные составы из Донбасса никогда не уходят порожними — только с углем. В переносном смысле это значит: «мы отвечаем за свои слова», «не болтаем попусту», «делаем все качественно и на совесть».
«ГОСТИНЦЫ» И «ВУНДЕРВАФЛЯ»
— Продолжает ли «донбасский словарь» пополняться в наши дни? Какие слова уже вошли в обиход жителей ЛНР?
— Да, «донбасский словарь» не просто продолжает пополняться, а переживает период бурного развития. Язык нашего региона, будучи открытой системой, испытывает на себе мощное воздействие общеязыковых процессов. С одной стороны, глобализация и интернет приносят с собой универсальный сленг и англицизмы, понятные людям по всей России. С другой стороны, интеграция в правовое и образовательное пространство РФ ведет к стандартизации речи: единые школьные программы, СМИ и делопроизводство вытесняют местные говоры и суржик. В результате региональная специфика постепенно размывается, уступая место общероссийским языковым нормам, что особенно заметно на фоне активных миграционных связей и стремления населения к интеграции.
Однако параллельно с этим за годы военного конфликта местный вариант русского языка получил уникальное лексическое обогащение. В обиход жителей ЛНР прочно вошли не только военные термины, но и слова, отражающие новые социокультурные реалии: например, «минуса» (потери, погибшие или раненые), «всполохи» (яркие вспышки от взрывов), «гостинцы» (ироничное название для снарядов), «ВПЛ» (аббревиатура, обозначающая «временно перемещенное лицо»), «вундервафля» (супероружие, часто с ироничным оттенком) и многие другие. Таким образом, региональная специфика продолжает активно формироваться за счет лексики, рожденной местным историческим и социокультурным опытом.
— В этом году по всей России отмечается юбилей нашего знаменитого земляка Владимира Ивановича Даля, создателя Толкового словаря живого великорусского языка. Есть ли в словаре Казака Луганского слова, свойственные именно жителям Луганщины?
— Вопрос о наличии в словаре Даля слов, свойственных именно Луганщине, очень тонкий. Владимир Иванович Даль, наш великий земляк, ставил перед собой грандиозную задачу – собрать и осмыслить лексику всего русского народа. Его «Толковый словарь живого великорусского языка» — это не региональный, а общенациональный памятник культуры, энциклопедия народной жизни XIX века.
Однако это не означает, что луганские корни Даля никак не отразились в его труде. Связь эта скорее мировоззренческая и символическая. Войдя в историю под именем «Казак Луганский», Даль навсегда закрепил в русской культуре связь между своим титаническим трудом и малой родиной.
Даль не был кабинетным ученым. Он собирал слова в поездках по всей России, общаясь с носителями разных говоров — крестьянами, солдатами, мастеровыми. Будучи еще ребенком, он покинул Луганск, и его главными «экспедициями» стали военные походы и государственная служба в разных губерниях. Поэтому его словарь — это мозаика из слов, услышанных в Новгородской, Архангельской, Воронежской, Владимирской, Оренбургской и многих других губерниях. Он сознательно стремился к широте охвата, а не к фиксации говора только одной местности.
Читайте нас в MAX.
